Эля Вермишева: ОПГ музейного масштаба

В Москве начался суд над организаторами выставки "Осторожно, религия!". По мнению прокурора, в Музее Сахарова действовала преступная группировка художников, которые хотели оскорбить и унизить чувства верующих. Адвокаты и правозащитники говорят, что в Россию возвращаются советские порядки.

Во вторник в Таганском суде Москвы начались слушания дела директора Музея и общественного центра им.Сахарова Юрия Самодурова, его сотрудницы Людмилы Василовской и художника Анны Михальчук, обвиняемых в разжигании религиозной вражды. Основанием для расследования и судебного разбирательства послужило оскорбительное, по мнению православных верующих, содержание выставки "Осторожно, религия!", проходившей в музее в январе 2003 года.

Уже за час до начала процесса зал суда был полон, люди занимали места на полу в проходах, не пустовала даже железная клетка, предназначенная для опасных преступников – в ней заняли места журналисты. Заседание суда было открытым, однако обвинение настояло на том, чтобы видеосъемка во время процесса не велась, так как "это будет мешать работе суда". Поэтому многочисленных телевизионщиков попросили из зала. Возле здания суда в это время шел митинг в защиту сотрудников Музея Сахарова. Правозащитники из общественное движение "За права человека", активисты движения "Российские pадикалы" и Транснациональной радикальной партии выражали свое негативное отношение к процессу.

Первые полчаса заседания прокурор читала обвинительное заключение, включавшее подробное описание более 30 экспонатов выставки (находящиеся в зале суда православные граждане в это время неистово крестились).

Согласно обвинению, в музее Сахарова действовала "организованная преступная группа с распределением ролей", задача которой состояла в "возбуждении ненависти и вражды" (правда, к кому – представители обвинения не уточнили).

Гособвинитель кратко обозначил роли главных обвиняемых: "В исполнение общего преступного замысла руководитель музея самостоятельно принял решение о размещение экспозиции" и вовлек в организацию выставки свою сотрудницу Людмилу Василовскую. Далее, по словам прокурора, все вступали в сговор со всеми. Художники Анна Михальчук, Наринэ Золян и Арутюн Зулумян, "согласно ранее оговоренной роли в преступном замысле... путем уговоров... вовлекали" в выставочную деятельность других художников, "размножали на ксероксе концепцию выставки" и даже представили на ней "экспонаты собственного исполнения". В сговоре с художниками был, соответственно, и директор музея.

По мнению обвинения, с помощью различных средств вербального и невербального характера, "посредством создания ассоциативных связей между сакральным и низким, отвратительным, комическим, ужасным" была достигнута цель выставки: "религиозные чувства верующих и неверующих лиц, имеющих представление о святости основных символов христианской религии, были унижены и оскорблены".

Выслушав доводы прокурора, судья предоставила слово защите. С ходатайством выступил адвокат подсудимых Юрий Шмидт. Защита заявила, что обвинения неконкретны и расплывчаты: "Нигде не объясняется, что именно в тех или иных экспонатах было оскорбительным для верующих". Учитывая же, что "предел судебного разбирательства определяется обвинением, можно предположить, что теперешнее судебное разбирательства ничем не закончится". То есть художники не должны сами давать разъяснений художественного замысла, если следствие не сформулировало, в чем именно их обвиняют. Так как, по словам адвоката, такие разъяснения можно расценить как свидетельство против самих себя.

Памятуя об опыте советских лет, Шмидт напомнил, что даже в "деле Даниэля и Синявского", осужденных за антисоветскую клевету в их книгах, "четко указывалось, какие именно строки какой именно смысл выражают".

Выслушав мнение защиты, судья спросила у подсудимых, понятно ли им заключение прокурора. В ответ подсудимые единодушно утверждали, что ничьих чувств не унижали, обвинение считают надуманным и нелепым. "В обвинении не сказано, у кого и к кому выставка возбудила вражду, – заявил директор музея Самодуров. – Почему государство поддерживает обвинение музея и художников в проведении не понравившейся кому-то выставки?"

"Мои действия – служебная обязанность, – заявила суду сотрудница музея Василовская. – А уголовные термины "сговор", "преступный замысел" – всего лишь риторический прием, чтобы создать атмосферу преступности". Удивилась предъявленному обвинению и третья подсудимая, художница Михальчук: "Я никого ни во что не вовлекала. Просто сообщила пяти другим художникам о выставке", – заявила она в зале суда.

Доводы защиты были приняты прокурором, хотя и сочтены ею "декларативными". После этого судья объявила, что суд удаляется на совещание. В зал судья и прокурор так и не вернулись – слушания были перенесены на среду.

Никого из 14 свидетелей суд во вторник выслушать не успел.

Опубликовал: Digger
Источник: Газета.ru
Поделиться: